Январь 2012



Трудоустройство инвалидов — что-то новое для России

27.01.2012

Трудоустройство инвалидов на открытом рынке труда экономически более эффективно и выгодно государству, чем создание специализированных предприятий, твердят эксперты. И государственные структуры разных уровней с ними даже не спорят, а соглашаются. Но стало ли людям с инвалидностью действительно легче найти работу?

В январе на улицах Москвы появились билборды с резюме людей с инвалидностью. Это телеканал «Дождь» продолжает программу по популяризации трудоустройства людей с ограниченными возможностями «Все разные. Все равные», начатую летом прошлого года. С августа телеканал запустил ролики, рассказывающие о людях с ограниченными возможностями, которые нашли себя в жизни и живут вполне счастливо.

«Я много общаюсь с людьми с инвалидностью и знакома с их проблемами не понаслышке. Одна из самых главных — трудоустройство, — рассказывает инициатор проекта, тележурналист Евгения Воскобойникова (уже шесть лет прикована к коляске после аварии). — Российский менталитет пока скорее воспринимает людей с инвалидностью как живущих на пособия и побирающихся в переходах, а не работающих и зарабатывающих своим умом и навыками. Мы хотим изменить это отношение. К тому же дать людям с инвалидностью площадку для размещения резюме».

Лучше не стало

«Для человека с 1-й группой лучше не становится. Немногие работодатели хотят брать на себя лишние обязательства», — считает Олег Голубов, разместивший резюме на сайте телеканала «Дождь», найти работу он не может давно.

«Пока легче с работой не становится», — соглашается Марина Галасюк, старший специалист в КБ «Ренессанс капитал». Устроиться в банк она смогла, выйдя в финал конкурса для студентов с инвалидностью «Путь к карьере», который с 2008 г. проводится Региональной общественной организацией инвалидов (РООИ) «Перспектива» при поддержке Совета бизнеса по вопросам инвалидности. «До этого мне удавалось найти только временную работу на дому. Большинство работодателей, наверное, и не подозревают, что у человека с ограниченными возможностями есть потребность в трудоустройстве», — грустно иронизирует Галасюк.

Она рассказывает, что бывали случаи, когда работодателю нравилось резюме, ее приглашали на собеседование, но, узнав о том, что она передвигается на коляске, отказывали. А когда однажды, не сказав по телефону о коляске (информация была в резюме), Галасюк приехала на интервью, но не смогла самостоятельно попасть в офис и сообщила об этом работодателю по телефону, к ней даже не вышли.

Воскобойникова говорит, что за последние 2-3 года ситуация меняется: компании более охотно готовы принимать на работу людей с инвалидностью, для многих это элемент социальной ответственности. Она приводит в пример компании «Трансаэро» и Nike. «Брать на работу человека с ограниченными возможностями — это не значит нести какие-то убытки, я по себе знаю, что человек будет держаться за работу, выкладываться не меньше других. Проблема скорее с доступностью, но и она решаема», — полна оптимизма Воскобойникова. По ее словам, сейчас компания, предоставляющая документы о трудоустройстве человека с инвалидностью, получает 50 000 руб. на оборудование рабочего места.

«Наш опыт показал, что в деле трудоустройства людей с инвалидностью одной информационной поддержки недостаточно, — считает Михаил Новиков, руководитель программ по трудоустройству людей с инвалидностью РООИ “Перспектива”. — Нужен серьезный процесс сопровождения такого человека на рынке труда. Консультирование работодателя, создание условий для вхождения в коллектив, куда устраивается человек».

Помогают понять

Весной прошлого года Минздравсоцразвития стало одним из инициаторов проведения круглого стола для работодателей на тему «Трудоустройство людей с инвалидностью», в котором приняли участие руководство «Перспективы» и представители бизнеса с опытом трудоустройства людей с инвалидностью. В 2011-м стартовала пятилетняя программа «Доступная среда», в которой, по словам Григория Лекарева, директора департамента по делам инвалидов Минздравсоцразвития, впервые отдельно прописана поддержка общественных организаций не только на создание специализированных рабочих мест и обеспечение их доступности, но и на трудоустройство инвалида на свободном рынке труда.

«Отношение со стороны госструктур действительно меняется, — продолжает Новиков. — В частности, Минздравсоцразвития с 2011 г. кроме финансирования создания новых рабочих мест для людей с инвалидностью начало поддерживать общественные организации, которые занимаются трудоустройством инвалидов на открытом рынке ».

«Перспектива» выполняет функцию посредника между бизнесом и нуждающимися в работе людьми с инвалидностью активнее и эффективнее многих госслужб занятости: в 2011 г. они трудоустроили на открытом рынке порядка 150 человек.

«Например, сегодня мы провели презентацию для ОАО “Уралсиб”. С нами уже не первый год активно сотрудничают Citibank, Clifford Chance, Coleman Services, DPD в России, Ernst & Young, КПМГ в России, Microsoft, Naim.ru, Nike, Sodexo, авиакомпания “Трансаэро”. Пусть не быстро, но число таких компаний увеличивается, — рассказывает Новиков. — Мы говорим о том, что бизнесу стоит это воспринимать не как благотворительность, а как новые возможности на рынке труда, как возможность приобрести новых квалифицированных и преданных сотрудников. И те, кто уже взял на работу сотрудников с инвалидностью и убедился в эффективности их работы, нашу позицию разделяют».

Медленно, но верно

«В компании “Найк” люди с инвалидностью могут участвовать в конкурсе на любую позицию, соответствующую их профессиональным навыкам и ожиданиям, на равных условиях со всеми», — рассказала Софья Чернова, менеджер по привлечению и развитию персонала «Найк». Ежегодно в их компании студенты с инвалидностью принимают участие в Центре оценки на летнюю стажировку. И бывают в числе победителей.

В компании DPD в данный момент работает четыре сотрудника с инвалидностью. Двое получили инвалидность в результате заболеваний, уже работая в компании. Еще двое были наняты через «Перспективу» на должности юрисконсульта и координатора в отдел по обслуживанию клиентов. А одна финалистка ежегодного конкурса для молодых людей с инвалидностью «Путь к карьере», которую компания была готова принять на работу, после месячной стажировки отказалась от предложения.

«Трудностей с адаптацией нанятых через “Перспективу” сотрудников в коллективе не было, но изначально в компании не было понимания, зачем брать на работу людей с инвалидностью, когда кругом полно здоровых кандидатов, — говорит Елена Арефьева, директор по персоналу DPD в России. — Мешал целый ряд стереотипов».

Но в DPD готовы были со стереотипами бороться. В холле центрального офиса компании организовали фотовыставку «Жизнь в полном цвете», рассказывающую о личной жизни, успехах и достижениях людей с инвалидностью. А «Перспектива» провела двухдневный тренинг для руководителей и сотрудников компании, посвященный различным аспектам (в том числе и законодательным) трудоустройства людей с инвалидностью. Сотрудники компании посетили кинофестиваль «Кино без барьеров», на котором демонстрировались фильмы, снятые людьми с инвалидностью и рассказывающие об инвалидах.

«Так шаг за шагом мы готовили сотрудников к тому, что рядом с ними будут работать люди, немного отличающиеся от них самих: не лучше и не хуже, просто такие же сотрудники компании, как и все остальные, -подчеркивает Арефьева. — На данный момент Дима и Таня (у обоих ДЦП) работают в компании около двух лет. И если спросить про их инвалидность у коллег, многие даже не поймут, о чем идет речь. Дима работает в чисто женском коллективе и пользуется большой популярностью у девушек! Татьяна в прошлом году была переведена с должности помощника юриста на должность юрисконсульта. Я помню, как вначале Таня приходила к нам на этаж (офис юридического департамента находится этажом ниже). Она ни на кого не смотрела, ни с кем не разговаривала, старалась побыстрее закончить дела и вернуться к себе “домой”. И как она расцвела через полгода — улыбчивая, разговорчивая, со всеми общается».

Сдвиги

«На мой взгляд, пока ничего нового не происходит, — пессимистичен Евгений Рапопорт, владелец проекта «Авоська» дарит надежду«, в котором работает несколько десятков людей с инвалидностью. — В Москве люди даже с 3-й группой не очень охотно идут работать, потому что не хотят терять большую московскую надбавку. И проблема инклюзии остается очень острой».

«Ситуация будет меняться, — убеждена Воскобойникова. — Когда один сидит дома на пособии в 8000 руб. и видит, что такой же колясочник каждый день ездит на работу, зарабатывает на порядок больше и морально удовлетворен, появляется мотивация изменить свою жизнь. Проблема не в том, что такие люди не хотят работать, они боятся, что их не поймут, не примут в коллективе, что им будет сложно добираться».

«Пока ситуация заметно изменилась только в Москве. Но через 2-3 года сдвиги произойдут и в регионах», — убеждена Воскобойникова.

Возможно, сдвинуть ситуацию на местах опять поможет «Перспектива». По словам Новикова, уже в 2012 г. при поддержке Минэкономразвития они начнут тиражировать свой опыт в регионах.

«Для нас одно из основных положений программы ответственного бизнеса нашей компании — забота о сотрудниках и равноправие отношений. В соответствии с квотой Мурманской области в нашем отеле работает четыре сотрудника-инвалида, — говорит Эйвинд Давланг, генеральный менеджер гостиницы “Park Inn by Radisson Полярные зори”, Мурманск. — Переводчик, помощник дежурной по этажу, старший дежурный менеджер и работник вспомогательной службы. Хочу отметить, что это очень приятные, ответственные и дружелюбные сотрудники, и, безусловно, важно, что они имеют возможность для профессиональной и социальной реабилитации».

Читайть статью полностью на vedomosti.ru


В благотворительном секторе появляется все больше частных фондов и инициатив

20.01.2012

Теперь они делают не только финансовые, но и социальные инвестиции

— Не люблю просить, — заявляет Алексей Мошкович, — успокаивает только, что это не для себя.

Финансист Мошкович меньше всего похож на просящего. Он председатель совета директоров группы компаний «Русский инвестиционный клуб», совладелец финансовой компании «АБМ-партнер», которую основал его брат. Но обращаться за помощью Мошковичу приходится часто — с тех пор как в мае 2009 года он вместе с братом Борисом зарегистрировал частный благотворительный фонд «Жизнь как чудо». Благотворительностью, по его словам, он занялся так: увидел статью о больной девочке в газете «Коммерсантъ», поехал прямо в больницу и вручил конверт с деньгами родителям. С тех пор он помогал и фондам, и конкретным людям. И через некоторое время родилась идея фонда. «Не хотелось этим заниматься от случая к случаю», — объясняет бизнесмен.

Сначала Алексей решил на западный манер создать фонд с эндаументом (целевым капиталом, проценты с которого идут на цели фонда), чтобы не зависеть каждый день от жертвователей. Но оказалось, что по российскому законодательству такой фонд не может оказывать адресной помощи. Пришлось создавать благотворительный фонд — структуру, выступающую посредником между «донорами» и нуждающимися в помощи. «Жизнь как чудо» был зарегистрирован в мае 2009 года и занимается детьми с тяжелыми заболеваниями печени. Почему именно такие дети? «Катя Бермант, директор фонда «Детские сердца» (оплачивает операции на сердце. — Forbes Style), рассказала мне, что некому заниматься детьми, которым требуется трансплантация печени и почек», — объясняет Алексей.

История Мошковича — типичный стартап на ниве благотворительности. Для создателей подобных проектов самое сложное — набрать профессиональную команду. Хороший специалист по управлению финансами не пойдет на стандартную для благотворительных фондов зарплату 30 000 рублей, это подвижничество, объясняет известный интернет-бизнесмен, а по совместительству учредитель фонда «Помоги.Орг» Антон Носик. У Мошковича три сотрудника, а исполнительный директор Надежда Четверкина, по словам Алексея, «работает 25 часов в сутки». С момента открытия фонд собрал более 32 млн рублей и оплатил дорогое лечение, операции и дальнейшие ежегодные обследования 68 детям. Трансплантация печени стоит в Бельгии и Германии от €78 000. В России такие операции начали делать совсем недавно, и для успешного лечения опыт пока недостаточный.

Мошкович признает, что фонд — это самый сложный путь. Много времени уходит на организацию процесса. Это очень ресурсоемкое дело, оно не будет работать само по себе, это должно стать частью жизни. «Благотворительность изменила и мою жизнь, и мой бизнес, — говорит финансист. — Но я уже не могу не помогать. Почему я это делаю? Наверное, потому же, почему я занимаюсь своей семьей, почему работаю, почему хожу в храм, почему люблю и дышу. Но нужна очень сильная мотивация, чтобы открыть свой фонд». Какая у него самого? «А если не я, то кто?» — пожимает плечами бизнесмен.

Фон помощи

Успешные предприниматели и вообще состоявшиеся люди все чаще открывают благотворительные фонды. «Мелкие и крупные предприниматели, которые раньше просто давали кому-то денег, за последние пару лет открыли что-то свое», — замечает Антон Носик.
Полина Филиппова, директор по программной деятельности российского филиала крупного британского фонда Charities Aid Foundation (CAF), отмечает, что появляется множество новых региональных фондов, фондов местных сообществ — они активно включаются в филантропию в своих регионах. «Искреннее желание помогать есть у всех акул бизнеса», — несколько идеалистически заявляет она. А Носик добавляет, что бизнесмены-благотворители часто приходят к мысли открыть фонд, потому что понимают: их предпринимательский опыт поможет правильно распорядиться пожертвованиями. «Успешные люди думают, что логистику и работу фонда они организуют лучше», — объясняет он.
В опубликованном недавно исследовании «Форума доноров» (объединение благотворительных организаций, работающих в России) содержатся такие цифры. Через 107 фондов (из 602 организаций, которые были включены в исследование), опрошенных «Форумом», в прошлом году прошло 23,4 млрд рублей. 13% из российских фондов учреждены корпорациями, 74% имеют смешанные источники финансирования, а 13% — частные, их снабжает деньгами один человек или семья. Основатель «Вымпелкома» Дмитрий Зимин финансирует фонд «Династия» (спонсирует исследования, дает гранты и издает научную литературу), созданный владельцем группы «Онэксим» «Фонд Михаила Прохорова» поддерживает образование, литературные чтения и выставки в регионах, на том же поле работают «Благотворительный фонд В. Потанина» и «Связь времен» Виктора Вексельберга, а «Генезис», фонд владельцев группы «Альфа» Михаила Фридмана, Петра Авена и Германа Хана, вкладывается в «сохранение еврейской культуры, наследия и системы ценностей в сообществах русскоязычных евреев в разных странах мира».
Частные фонды появляются один за другим: за последний год свои фонды открыли основатель Yota Сергей Адоньев (фонд «Острова», помощь детям, больным муковисцидозом) и владелец офшора Gunvor, через который поставляется за рубеж немалая часть российской нефти, Геннадий Тимченко (фонд «Ладога», помощь пожилым, а также культурные проекты). Учредители многих фондов принципиально не афишируют свою деятельность, опираются на собственные силы и предпринимательский опыт и даже не общаются с коллегами по благотворительной деятельности, рассказывает Наталья Каминарская, исполнительный секретарь «Форума доноров». У каждого человека свои, иногда очень глубокие внутренние причины заниматься благотворительностью, и некоторые из благотворителей пытаются на практике воплотить принцип «правая рука не должна знать, что делает левая», добавляет она.

Другой тип некоммерческих организаций, в которых участвуют бизнесмены, — фонды помощи. Предприниматели регистрируют фонд, берут на себя административные расходы и финансирование части проектов, но основные средства привлекают извне. Так устроены фонды «Помоги.Орг» (Антон Носик с группой друзей оплачивает деятельность фонда, а все пожертвования идут на операции детям), Downside Up (которому помогает Марлен Манасов, член совета директоров управляющей компании «Русс-инвест»), «Жизнь как чудо» и многие другие. По закону благотворительные фонды имеют право брать на административные расходы (аренда, зарплата и налоги) до 20% от суммы пожертвований. Но большинство фондов, в которых участвуют бизнесмены, не берут ни копейки, а все деньги идут на адресную помощь, утверждает Носик. «Да, в российском законе о некоммерческих организациях много лазеек для отмывания денег, мутных транзакций, но отмывание денег через них — в основном региональный спорт», — настаивает он.

Алексей Мошкович вместе с братом оплачивает своему фонду административные расходы (около 200 000 рублей в месяц) и лично занимается фандрайзингом. «У меня список из 60 человек, кому я могу позвонить, — рассказывает он. — Я профессионал и знаю, как и когда лучше обратиться к человеку». Он ищет и другие способы фандрайзинга: пытается договориться с банками о выпуске карт, небольшой процент по операциям с которых шел бы его фонду. Фонд организует благотворительные акции. «Но больше всего мы хотим «выйти на розницу», — говорит Мошкович. — Лучше пусть много людей дают по 100–200 рублей каждый день, чем мои знакомые дадут по 500 000 раз в год».

Есть кто живой?

На благотворительную розницу рассчитывает и фонд помощи «Живой», соучредителем

которого является Сергей Долгун, владелец крупной компании по торговле автосервисным оборудованием «Европроект Групп». «Живой» — один из немногих в России проектов, который помогает взрослым (большая часть фондов в России помогает детям, некоторые — пожилым). Долгун взял на себя содержание и часть административных расходов фонда, это примерно 60 000 рублей в месяц. Деньги идут на зарплату директору фонда и бухгалтеру.

Татьяна Константинова, директор «Живого», пришла в благотворительность из бизнеса: работала управляющей в ресторанах и помощником директора завода. Но, возглавив фонд, увидела, насколько это сложная задача. Нужно сделать эффективным проект, который будто обречен на неудачу. «Помогая взрослым, люди не получают того чувства удовлетворения и покровительства, которое вызывает помощь детям, — рассуждает Татьяна. — А я читаю их письма и слышу отчаяние. Вот главный мотив: не жалость, а мысль о том, что взрослые люди становятся такими беспомощными». И рассказывает историю пары из Узбекистана. Жене нужна была операция, а муж-летчик, сдерживая слезы, просил прощения, что не смог собрать деньги сам. Или историю бывшего профессионального спортсмена, у которого были деньги, семья, ребенок — до перелома позвоночника. А теперь он один и просит о помощи в прохождении реабилитации: реабилитация в России после года лечения не финансируется государством.
За время существования фонда было собрано около 4 млн рублей и оказана помощь 20 взрослым. «Живой» провел несколько аукционов и благотворительных ярмарок. Долгун следит за развитием фонда с точки зрения бизнеса и маркетинга, проводит ежемесячные совещания, старается привлечь к инициативе сотрудников и партнеров «Европроекта». «Во время деловых переговоров я аккуратно стараюсь рассказать про фонд. Надеюсь уговорить партнеров небольшой процент от сделки переводить в пользу фонда, — говорит он. — Если бы я просто давал деньги, я был бы один, а тут надеюсь привлечь людей — чтобы нас стало еще больше, чтобы круги, расходящиеся от деятельности нашего фонда, ширились».
Опрошенные Forbes Style эксперты в один голос утверждают, что одного желания потратить деньги на благотворительность для открытия фонда недостаточно. «Фонд Потанина успешен не потому, что это фонд Потанина, а потому, что у него есть четкая схема, — рассуждает Носик. — Фонд Зимина не потому хорошо работает, что Дмитрий Борисович вложил в него деньги от продажи доли в «Вымпелкоме», а потому, что он имеет собственное видение фонда и, кстати, сам читает книги, номинированные на премию его фонда».
«Я многих отговариваю от создания своих фондов, — говорит Екатерина Бермант, директор фонда «Детские сердца», — добиться результата очень сложно, проще помогать уже существующим фондам. Их много, они надежные, с готовой командой». Бермант вспоминает одного крупного бизнесмена, который решил открыть фонд помощи неимущим. Для этого отремонтировал особняк в центре Москвы, нанял штат сотрудников. И через год фонд закрыл, потому что не удалось организовать эффективную систему сбора вещей и передачи их в регионы, детдома и т. п. «Средства, вложенные в фонд, не соответствовали его КПД», — говорит Бермант.
Впрочем, путь к успеху в благотворительности никому не закрыт. По словам Полины Филипповой, часто бизнесмены приходят в благотворительность с желанием сделать что-то конкретное — построить дом в интернате, дать денег на операцию, но быстро понимают, что важнее попробовать изменить систему в целом.
Например, фонд Адоньевых «Острова» помогает детям со сложным генетическим заболеванием — муковисцидозом. Постепенно Адоньевы стали не просто оплачивать лечение, но и поддерживать группы родителей, особенно в регионах, где почти нет информации о том, как лечить заболевание и как с ним жить.
По словам Надежды Четверкиной, основная цель фонда «Жизнь как чудо» — не собирать детям на операции, а развивать трансплантологию в России. Фонд организует стажировки российских специалистов в зарубежных клиниках и строит при одном из московских роддомов научно-консультативное отделение. Алексей Мошкович называет направление «венчурным»: «На оборудование собирать сложнее, это не умирающий ребенок. Но это вклад в будущее».

Полина Филиппова называет такой подход современным: «Важно, что идет не только адресная помощь, но и социальные инвестиции».

Губернский план

Перемены в обществе, для начала саратовском, — глобальная цель учредителя фонда «Москва — Саратов» и известного журналиста и издателя Станислава Гридасова. Cферу для благотворительной деятельности он взял шире — не только медицина, но и культура и спорт. «Мне важно, чтобы в городе людям было интересно жить, — говорит Гридасов. — Для этого там должны проходить выставки и концерты, поэтические вечера, человек должен иметь возможность проводить свое время так, как ему нравится».

Гридасов родился в Саратовской области, в 1986-м переехал в Москву, стал журналистом, в конце 1990-х основал информационный сайт Sports.ru, завоевавший большую популярность, а затем возглавил журнал «PROспорт». «Я долго слушал разговоры про «Засратов», про проблемы и нищету в городе и что пора уезжать, — вспоминает Гридасов. — А в Москве у меня коллекция книг по истории Саратова, дореволюционные альбомы и открытки. Из городов Российской империи, ныне входящих в состав РФ, Саратов был третьим по размеру, уступая только Москве и Петербургу. Мне хочется возродить хотя бы часть традиций».
Некоммерческую организацию «Москва — Саратов» он зарегистрировал в январе 2011 года. И почти сразу открыл проект «Саратовские чтения» — публичные лекции поэтов, писателей, музыкантов. За год с успехом прошло шесть циклов таких лекций.
И похоже, что-то стало меняться. Директор фонда не связывает это напрямую со своим фондом. Но почти одновременно в городе возродилось несколько фестивалей, заработал проект «Теории и практики» (циклы лекций, семинаров).
«Москва — Саратов» занимается не только культурными проектами, но и адресной помощью. Фонд собирает средства для небольшого православного детского дома в Саратовской области, оплачивает сложные операции детям. Для каждого проекта фонд ищет отдельных спонсоров. Его поддержали Газпромбанк, Высшая хоккейная лига, несколько саратовских бизнесменов. Еще один способ фандрайзинга — благотворительные интернет-аукционы. На сайте Molotok.ru выставляются лоты с автографами известных спортсменов (вот когда пригодились контакты журналиста), а вырученные деньги передают на оплату лечения детей. За четыре года прошло больше двух десятков аукционов, каждый приносит 100 000–200 000 рублей. Гридасов вообще делает большую ставку на социальные сети: по его словам, самый крупный спонсор фонда узнал про его проект из Facebook.

Зачем ему все это? Стас, как и остальные, пожимает плечами. «Чтобы интереснее жить было, наверное. Хотя настоящую причину я все равно не назову».

Полный текст на forbes.ru


Case Study: как Amnesty International модернизировала свой австралийский сайт

18.01.2012

Известная неправительственная организация Amnesty International переделала свой австралийский сайт таким образом, чтобы максимально вовлечь в свою деятельность его посетителей.

Читать описание кейса на английском языке на английской версии нашего сайта.


«Все равно?!»: «Стань чьей-то любимой маркой»

13.01.2012

News Outdoor, BBDO Moscow и ряд благотворительных организаций, работающих с бездомными, проводят социальную кампанию

В начале января в рамках социального проекта «Все равно?!» стартовала кампания по сбору одежды для бездомных людей под слоганом «Стань чьей-то любимой маркой». News Outdoor реализует этот проект совместно с рядом благотворительных организаций и агентством BBDO Moscow.

благо, добро, благотворительность, джинсы, одежда, бездомные, charity, homeless, постер, билборд, креатив, социальная реклама

благо, добро, благотворительность, джинсы, одежда, бездомные, charity, homeless, постер, билборд, креатив, социальная реклама

благо, добро, благотворительность, джинсы, одежда, бездомные, charity, homeless, постер, билборд, креатив, социальная реклама

У каждого бездомного за плечами своя страшная история. «Приехал в Москву на заработки, через неделю в электричке украли документы и деньги. Живу на улице», «Брат выгнал из квартиры после смерти матери в 1995 г. С тех пор живу на улице». Совпадение нескольких событий – и человек оказывается на улице без средств к существованию.

Людям, которые в силу разных жизненных обстоятельств оказались на улице, нужна разная помощь – накормить, помочь с документами, отправить домой и, конечно же, помочь с одеждой. Особенно актуально это становится зимой – бездомные очень нуждаются в теплой одежде. Конечно, для них совершенно не важно, какой у нее будет бренд. Для них важно только одно – чтобы одежда позволила пережить суровые зимние дни. У многих из нас найдутся добротные теплые вещи, которые нам «уже надоели» или «устарели». Для людей на улице таких понятий не существует. Поэтому наши ненужные вещи могут стать настоящим спасением для бездомных, а значит – самыми любимыми и дорогими.

Основным партнером кампании по сбору одежды выступает Служба «Милосердие», которая принимает все звонки и координирует процесс сбора одежды. Помимо Службы «Милосердия», ряд благотворительных организаций, работающих с бездомными и православных храмов Москвы также принимают одежду и передают ее бездомным. Здесь размещен список всех адресов, куда можно привозить одежду.

Если вы хотите присоединиться к проекту целой компанией, то обратитесь в социальную биржу «Взаимопомощь» лаборатории Cloudwatcher, которая в рамках собственного социального проекта «Банк вещей» приглашает к участию компании, желающие провести сбор одежды для нуждающихся среди своих сотрудников.

В рамках проекта размещается три макета постеров. В кампании задействованы 300 сторон билбордов в Москве.

Креативный директор – Эдриан Эли (Adrian Ely)
Арт-директор – Никита Вобликов, Александра Щербович
Руководитель проекта – Наталья Семина
Менеджер – Мария Устькачкинцева
Фотограф – Балинт Хаягос (Balint Hajagos)
Типографика – Елена Некрасова
Дизайн директор – Анатолий Лебедев
Дизайнер – Роман Антонов


«Все равно?!»: «СМСишь за рулем? Ответ не дойдет»

11.01.2012

News Outdoor проводит новую кампанию в рамках социального проекта

В январе News Outdoor запустила очередную социальную кампанию в рамках проекта «Все равно?!». Новый флайт называется «СМС за рулем» и посвящен проблеме безопасности вождения. Креативная концепция разработана агентством McCann Erickson Russia.

смс, дтп, вождение, водители, за рулем, пдд

Цель проекта — напомнить водителям об опасности использования мобильных телефонов и других электронных устройств за рулем. Это создает угрозу для жизни как самих водителей, так и окружающих.
Американские исследователи установили, что СМС-переписка за рулем занимает второе место среди самых распространенных причин смертности на дорогах. По данным ООН, набирая текстовое сообщение за рулем, водитель увеличивает риск аварии в 20 раз. По данным различных исследований, которые проводятся по всему миру, водители, разговаривающие по телефону или набирающие СМС, оказываются не в состоянии оперативно реагировать на изменения дорожной ситуации. Эффект сравним с вождением автомобиля в состоянии алкогольного опьянения.

На сегодняшний день в Москве насчитывается более 4,2 млн зарегистрированных автомобилей, и их число будет только расти, а сотовая связь давно стала неотъемлемой частью жизни современного человека. Отвлекаясь на общение по телефону, водитель превращает свою машину в смертельно опасное оружие. По прогнозам Всемирной организации здравоохранения, к 2030 г. ДТП войдут в пятерку ведущих причин смертности, опередив такие болезни, как диабет, СПИД, туберкулез и пр. Для изменения этой страшной статистики достаточно остановиться у обочины, разговаривая по телефону или отвечая на СМС, или ответить на звонок позже. Потраченные минуты — ничто по сравнению с возможной трагедией.

«Мы считаем тему СМС за рулем очень важной для сохранения безопасности жизни водителей и пешеходов и призываем задуматься об этом, — говорит генеральный директор агентства McCann Erickson Лариса Тимошина. — Известна статистика, согласно которой 30% водителей пишут за рулем СМС. При этом показатели реагирования на окружающую обстановку у таких водителей-«графоманов» снижаются на 35% — для ситуации на дороге это огромная цифра».

Кампания «СМС за рулем» проходит в Москве и Санкт-Петербурге. В размещении задействовано около 700 сторон билбордов, панель-кронштейнов и ситибордов.