Записи с меткой «инвалиды»



На Мамаевом кургане инвалидов не ждут

25.11.2013

В 2014 году на создание доступной среды для инвалидов из федерального бюджета будет выделено 4 миллиарда рублей против 340 миллионов в этом году. А в 2015 году добавят еще 200 миллионов. Эти цифры озвучил на заседании координационного совета при Минтруде России замминистра Алексей Вовченко.

Госпрограмма «Доступная среда» предполагает, что все сферы жизни — образование, здравоохранение, культура, социальная защита, спорт — должны стать доступными для инвалидов. В первую очередь имеется в виду, что в эти учреждения инвалид может беспрепятственно попасть и пользоваться их услугами. Для этого их необходимо оборудовать соответствующими приспособлениями. В этом году в госпрограмме участвуют всего 12 регионов. На следующий год одобрено уже 58 региональных программ и еще около 10 будет одобрено до конца года.

Финансирование программы очень неравномерно. Одни регионы запрашивают 30-50 миллионов рублей, другие — 200 миллионов. Это связано не с количеством инвалидов, не с потребностями, а с возможностями того или иного регионального бюджета. Согласно условиям участия в госпрограмме регион и федеральный центр должны внести равные суммы.
Госпрограмма действует третий год, но пока говорить о каких-то значительных успехах не приходится. Во-первых, у нас все очень запущено (невозможно за такой срок создать инфраструктуру, которая не строилась никогда). Во-вторых, слишком мало регионов до сих пор участвовало в программе. В-третьих, не всегда выделяемые деньги расходуются разумно и эффективно.

Алексей Вовченко привел пример одного реабилитационного учреждения для инвалидов (не стал его называть), где всё буквально напичкано приспособлениями для инвалидов.

Чиновнику там все это с гордостью показали, в том числе супертуалет для колясочников. Но оказалось, что в этом учреждении колясочников не бывает, там все пациенты — лежачие. Возникает вопрос: что, надо было освоить деньги? «Давайте делать то, что инвалидам действительно нужно, чем они смогут воспользоваться», — призвал Алексей Вовченко.

Кстати, если пандусы активно начали делать во многих городах, то с туалетами повсеместно большая проблема. Этим летом Общероссийская общественная организация инвалидов войны в Афганистане и военной травмы «Инвалиды войны» организовала марафон колясочников из Москвы в Волгоград в честь 70-летия Сталинградской битвы. И марафонцы воочию увидели, насколько приспособлена среда для инвалидов. По словам зампредседателя организации Валея Сайфуллина, участникам акции предоставили два прекрасных специальных автобуса с подъемниками для колясочников. Но поскольку во многих регионах дороги убитые, то эти подъемники вскоре сломались. Специальных туалетов для инвалидов во всех крупных городах днем с огнем не сыщешь. Практически ни один памятник павшим не оборудован пандусами: люди не могли возложить цветы. Нет пандусов даже на Мамаевом кургане.

Президент «Союза «Чернобыль» России» Вячеслав Гришин на заседании координационного совета оказался самым дотошным критиком программы. Он, например, не понимает, зачем так много денег нужно тратить на социальную рекламу — пропаганду толерантности здорового населения к инвалидам. Лучше бы эти деньги потратить на профориентацию инвалидов, профессиональную подготовку, на создание рабочих мест. По его словам, из 13 миллионов инвалидов страны более половины хотят работать и достойно жить, а не ждать милости от государства в виде пособий. Гришин убежден, что программа «Доступная среда» малоэффективна. В лучшем случае удастся что-то сделать для колясочников, и то очень локально.

Еще один принципиальный вопрос, который он поднял на заседании координационного совета, — условия вхождения в программу создают неравенство инвалидов. Если в регионе есть собственные средства, то он много получит и от федерального центра. Если денег нет, то инвалиды такого региона остаются ни с чем. Это несправедливо, считает Гришин. Алексей Вовченко с ним согласился. Но на данном этапе, по мнению замминистра, единственное, что можно и нужно сделать, — это работать с губернаторами, с полномочными представителями президента в федеральных округах. Убеждать их, что создавать нормальные условия жизни для инвалидов — это их и чиновничий, и человеческий долг.

Между тем действие программы «Доступная среда» рассчитано до 2016 года.

Как заявил Алексей Вовченко, Минтруд России будет выходить с предложением в правительство о продлении программы, но она должна будет выполнять несколько иные задачи.

А именно — создание реабилитационной индустрии для инвалидов, в том числе для детей-инвалидов. В первую очередь речь идет о строительстве сети реабилитационных центров. Они есть, но сегодня охватывают не всех нуждающихся.


Источник: www.rg.ru

В Москве откроется турагентство для инвалидов

17.09.2013
В Москве откроется турагентство для инвалидовФото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Баранов

Столичные власти готовы предоставить льготы на аренду помещения и субсидии первому в городе туристическому агентству для инвалидов, которое может появиться до конца этого года. Об этом рассказал «Известиям» и.о. заммэра Москвы по вопросам социального развития Леонид Печатников. Открыть агентство намерены создатели портала «Открытая планета», где люди с ограниченными возможностями делятся историями о своих путешествиях и рассказывают, насколько адаптирован тот или иной маршрут. Как сообщил основатель проекта Игорь Гаков, новая компания сможет отправить инвалидов в том числе в Италию, Францию и Австрию.

Леонид Печатников рассказал, что город также готов оказать проекту информационную поддержку.

— Это ниша, которая на сегодняшний день не заполнена, — пояснил чиновник, отметив, что власти поддержат проект только в том случае, если агентство действительно будет работать с маломобильными группами населения.

— Во-первых, город может предоставить льготы по аренде, так как маржинальность этого бизнеса будет невелика, во-вторых, мы можем частично оплачивать путевки через субсидии инвалидным организациям, в-третьих, мы разместим социальную рекламу, — поделился Печатников. — Но нужно проконтролировать, чтобы под вывеской «Мы работаем для инвалидов» не существовало самое обыкновенное турагентство, и на одного инвалида не приходилось 10 здоровых людей, которые будут покупать путевки по обычным тарифам.

Создать «Открытую планету» Игорь Гаков решил после того, как столкнулся с практически полным отсутствием информации в Рунете о туристических местах, адаптированных для маломобильных людей, потому что он сам передвигается в инвалидном кресле. Турагентство станет продолжением этого проекта, и в нем будут предусмотрены рабочие места для инвалидов.

— Я всегда осознавал, что людям не будет интересно только читать о том, как кто-то поехал в путешествие, они захотят получить экспертную помощь, — говорит Гаков. — Поэтому появление турагентства было предопределено.

По его словам, при формировании маршрута необходимо учитывать приспособленность для инвалидов трансфера от начальной до конечной точки — сервис, предоставляемый авиакомпанией, транспортной компанией, службами такси или аренды машины.

— Следующий шаг — предусмотреть приспособленность места проживания. Многие отели и владельцы апартаментов ее переоценивают — нужно все измерять (дверные проемы должны быть неузкими, а ванная комната и туалет — иметь специальные приспособления, облегчающие их использование), — рассказывает Гаков. — Важный аспект — достопримечательности, доступные для осмотра, мы собираем о них информацию.

Председатель правления Клуба защиты прав туристов Дмитрий Давыденко полагает, что на нашем рынке не существует турпродукта для людей с ограниченными возможностями, поэтому новое агентство фактически станет формировать его самостоятельно, а это будет стоить на порядок дороже.

— Турпродукт производит оператор, когда такой продукт есть, его может продать любое агентство, — считает Давыденко. — То, что собираются делать создатели «Открытой планеты», важно и полезно, но больше подходит под определение «индивидуальный туризм».

По его словам, законодательство о туризме прямо не регулирует вопросы, связанные с передвижением маломобильных групп населения. В то же время закон о защите инвалидов предусматривает, что все места массового пользования, к которым относятся зоны отдыха, должны быть оборудованы пандусами, подъемниками, лифтами и т.д. За исполнением этих требований в России должен следить Роспотребнадзор.

— В Турции, например, многие отели адаптированы для инвалидов: там выдают коляску, в бассейнах есть подъемники, а на пляже — пирсы и специальные «коляски», на которых можно спуститься в воду, — рассказывает эксперт. — В России, особенно в регионах, такой инфраструктуры практически нет.

Давыденко считает, если в путевке указано, что гостиница адаптирована для маломобильных, а потом оказывается, что это не так — это обман потребителя, и судиться с туроператором инвалид будет на общих основаниях.

— Сложнее, когда вы бронируете номер напрямую или через специальные зарубежные интернет-сервисы, тогда придется брать адвоката в другой стране, а это дорого и сложно, — добавил эксперт.

Руководитель проекта barierov.net Георгий Безбородов считает появление специализированного турагентства, которое будет предоставлять услуги по льготным ценам, важным шагом.

— Сейчас есть организации, которые могут сформировать тур для маломобильного путешественника, но это дорого стоит, — говорит он. — Если появится агентство, которое будет работать в формате социального туризма, услуга станет уникальной. То, что «у нас все плохо, а там все хорошо», — это миф. За границей, особенно в старых городах, далеко не везде можно передвигаться на коляске. Например, по центру Иерусалима можно ездить только с сопровождающим.

По словам Безбородова, многие колясочники хотели бы путешествовать «дикарем», для этого им нужна помощь в планировании маршрута, а не в покупке готовой путевки.

— Важно на месте предусмотреть аренду самодвижущейся коляски, так как, даже если она есть у человека, ее невозможно взять с собой: в отличие от обычной, она не складывается, — говорит эксперт. — Также можно обеспечить услуги помощника, на всю поездку или на какое-то время.


Источник: izvestia.ru

«Зато будет жить, и будет счастлив»

28.08.2013

«Лента.ру» поговорила с сотрудницей фонда «Даунсайд Ап» Юлией Колесниченко о жизни детей с синдромом Дауна в России; о том, почему американцы усыновляли таких детей, а русские — нет; а также о том, как получается так, что почти половину детей с синдромом Дауна родители оставляют в роддомах.

«Лента.ру»: Во-первых, как правильно говорить — синдром Дауна или болезнь Дауна?

Юлия Колесниченко: Синдром Дауна. Не болезнь — потому что синдромом Дауна нельзя заразиться и его нельзя вылечить. Это именно генетический сбой от появления одной лишней хромосомы. Большинство людей думают, что синдром Дауна никогда их не коснется, [притом что] синдром Дауна — это самое частое генетическое отклонение. С ним рождается каждый семисотый ребенок на свете, независимо ни от чего — от цвета кожи родителей, от вредных привычек или их отсутствия у родителей, от того, первый он ребенок в семье или пятый. Есть частое убеждение, что дети с синдромом Дауна рождаются у пожилых родителей — это тоже не так. Вероятность действительно увеличивается с возрастом матери, потому что процент рожающих в молодом возрасте и пожилом — разный.

Вы начали говорить про самые распространенные мифы…

Очень частый миф, что особенные дети рождаются у алкоголиков и наркоманов. Еще некоторые думают, что это можно как-то лечить. Еще [есть] миф, что люди с синдромом Дауна совсем мало живут, что они нежизнеспособны, что они «овощи», что оставлять такого ребенка — безумие. Кстати, это ровно те вещи, которые говорили врачи, абсолютно в них веря, при рождении ребенка с синдромом Дауна в российских больницах. И порой продолжают говорить.

Я читал, что врачи сами часто советуют отказаться от таких детей. Вот Эвелина Бледанс со своим мужем — у них особенный ребенок — выступили с инициативой законодательно запретить врачам предлагать такое.

Да, к сожалению, бывает, что врачи рекомендуют отказаться от особенного ребенка. Причем делают это вскоре после родов, когда мама еще не пришла в себя и очень уязвима. Но, к счастью, многие врачи уже знают и факты про синдром Дауна, и про «Даунсайд Ап». Они могут сказать родителям: есть вот такой центр, к ним можно обратиться, зайти на сайт, почитать информацию, посоветоваться со специалистами. При этом наши специалисты никогда никого ни на что не уговаривают — это один из принципов. Такие решения семья должна принимать для себя только сама. Мы просто делимся объективной информацией, показываем, что у таких детей может быть будущее. Ведь если после этого упавшего, как молот, прогноза врачей мама слышит другие слова, это многое меняет. Если родители узнают, что их ребенок будет не только ходить и говорить, а сможет пойти в детский сад, в школу, заниматься музыкой и спортом, иметь увлечения и друзей, они понимают, что справятся.

Эти дети в семье. Но, насколько я знаю, процент отказов при рождении очень высокий.

В середине девяностых 95 процентов семей, по нашим данным, отказывались при рождении от детей с синдромом Дауна. Сейчас, насколько мы знаем, количество отказов по Москве не больше 40 процентов. И если сравнить с 95 процентами, то разница огромная. А как подумаешь, выходит — каждый второй почти. Сразу холодок — понимаешь, что это еще настолько не тот результат, которого бы хотелось. Но ситуация, конечно же, меняется. Был один детский сад, куда принимали наших детей, сейчас в Москве больше ста.

Принимают в обычные детские сады?

Они тоже самые разные. И специализированные садики, и инклюзивные, и самые обычные. Но ситуация разная. Где-то все поставлено очень хорошо, где-то специалист действительно знает, как работать с детьми с особенностями. Я говорю не только про наших детей, а вообще про детей, которым нужен особый подход. А где-то — как по разнарядке. Сказано: надо принимать — принимают. Родители жалуются: «Приходим, а наш ребенок отдельно, совсем отдельно: кроватка отдельно поставлена, стульчик где-нибудь отдельно». А воспитатель говорит: «А что? А я не знаю. Он вот… Я говорю, давай, Петя, пошли со всеми, а вот он не идет». В некоторых школах есть специальные классы. Дочка коллеги в таком учится. Большую часть уроков они занимаются вместе с остальными детишками без особенностей. Математику и русский язык проходят отдельно по более упрощенной программе. Это не значит, что два плюс два будут складывать до 10-го класса. Конечно, нет — просто полегче. Они не закрыты от всего остального, от всей остальной школы — не входят каким-то своим отдельным входом и выходом.

Что происходит, если мать отказывается от ребенка?

Если ребенок-отказник без особенностей здоровья в 18 лет из закрытых госучреждений все-таки вырывается, то те сироты, у кого есть проблемы со здоровьем или специальные потребности, остаются в системе до конца своих дней. И тогда детский дом сменится домом инвалидов, домом престарелых. Ну, если, конечно, отказной ребенок до этого доживет. Ведь хотя от самого синдрома Дауна никто не умирает, часто он сопровождается сниженным иммунитетом, сопутствующими заболеваниями. И если при нормальных условиях, при заботе любящих людей продолжительность жизни человека с синдромом Дауна практически не отличается от продолжительности жизни всех остальных, то выжить и тем более развиться в бездушном учреждении человеку с особыми потребностями бывает очень непросто.

Например, у многих детей с синдромом Дауна слабое сердце. Значит, таких детей нужно возить в больницу на операцию, потом необходим послеоперационный уход. А кто будет заниматься этим в детском доме? Это должны быть какие-то специальные волонтеры, а волонтеров мы боимся — значит, какие-то нянечки. Они думают: «Господи!.. Тут здоровых бы еще, а… Пусть лучше отмучается и всё, лучше сейчас отмучается, чем еще несколько лет будет мучиться и нас еще мучить». Ну, вернее так — в каком-то будут [заниматься с особенными детьми], а в каком-то нет. Но ни одно, даже самое хорошее сиротское учреждение никогда не заменит маму с папой. И не даст ребенку возможности развиваться так, как он развился бы в семье. Потому что при наличии любящих родителей и помощи специальных педагогов ребенок с синдромом Дауна действительно может научиться всему тому, что и обычные дети. Хотя и будет даваться ему это гораздо сложнее. И он действительно будет особенный.

Я несколько месяцев назад посмотрел документальный фильм «Моника и Дэвид» про двоих детей с синдромом Дауна, мальчика и девочку, влюбленных друг в друга. Они выросли, готовились к свадьбе; в фильме есть и сама свадьба. Потом они устраивались на работу. В России вы не знаете таких случаев?

Насколько я понимаю, [в России] официально не регистрируют браки людей с синдромом Дауна — как недееспособных. Но вот в Уфе, кажется, устраивали неофициальную свадьбу два человека с синдромом Дауна. Но в таких случаях, конечно, и у нас, и на Западе родители продолжают их поддерживать.

Да, в фильме их поддерживали родители, и жили они вместе.

Да, брак есть брак, но при этом всегда родители рядом. Но на самом деле случаи создания семей очень редки, даже на Западе. Но вот пары, каплы среди тинейджеров — очень часто, очень красивые. Я часто вижу фотографии: «А вот Джон и Мэри, они вместе уже два года». И прекрасная фотография Джона и Мэри, они в футболках, кепках, обнимаются очень мило, полноватенькие — ну, какими часто бывают американские тинейджеры.

Почти во всей Европе и США людей с синдромом принимают на работу. В Риме есть ресторан, где все официанты с синдромом Дауна.

Да, и в Европе, и в США люди с синдромом Дауна имеют возможность работать и зарабатывать. В России ситуация, к сожалению, пока совсем другая. Но мы очень надеемся, что делаем шаги к тому, чтобы ее изменить. На Западе чаще всего люди с синдромом Дауна работают в сервисе, в кафе, на почте. Могут заниматься какой-то работой на ресепшне в гостинице. Я знаю случаи — бухгалтерами становятся. Мы очень надеемся, что сделали шажки к этому. Для родителей наших детей это очень тревожный момент. И мы очень надеемся, что — может быть, их силами — так или иначе наше государство поймет, что эти люди могут работать.

Насколько вообще жизнь для особенных детей отличается в России и на Западе?

Там они являются полноценными членами общества, имеют права и знают о них. Не так давно, например, в Испании, женщина с синдромом Дауна стала работать в мэрии. Не уборщицей, а заняла именно соответствующую должность — советника по социальным вопросам.

В США и Европе процент отказов меньше?

В Штатах — очередь желающих усыновить ребенка с синдромом Дауна.

Американцы ведь до закона о запрете часто усыновляли российских детей с синдромом. Теперь они оказались в ловушке.

Этот закон перекрыл кислород, потому что американцы действительно очень охотно усыновляли детей с синдромом Дауна. Когда [Валерий] Панюшкин опубликовал список детей, которые должны были уехать, чуть ли не больше половины в этом списке были дети с синдромом Дауна. А у нас же есть прекрасные, прекрасные чиновники, которые выдвигают очень много теорий. Болезненные есть чиновники, с фантазиями, вроде: «Почему детей с синдромом Дауна американцы хотят? Для органов и сексуальных утех?» Я не буду называть того, кто это говорил. На самом-то деле иностранцы, и американцы в частности, искренне считают, что синдром Дауна — одно из самых простых отклонений. Потому что они знают, что делать. Часто бывают случаи, когда у них уже был опыт воспитания особого ребенка в семье. Многие знают, как с такими детьми общаться, как с ними работать. Они просто понимали, что здесь, в России, от них отказываются. А у них он может вырасти, его выучат, он пойдет работать официантом или администратором. Не станет профессором — ну и что, но зато будет жить, и будет счастлив.

Скольким детям сейчас помогает «Даунсайд Ап»?

У нас сейчас зарегистрировано 3500 детей со всей России. И попасть к нам очень просто: позвонить — и вас включают в программу ранней помощи. И первое, что получают родители, что получает семья, — это пакет так называемой первичной литературы. К самым маленьким, детям до полутора лет, наши педагоги ездят на дом, это называется программа домашних визитов. А с полутора и до семи лет дети ходят на занятия в наш Центр раннего развития.

Кстати, мы работаем как центр ранней помощи, в западном представлении в таких центрах занимаются с детьми от нуля до трех, а мы протянули до семи лет, чтобы по выходе из «Даунсайд Ап» ребенок поступал в школу, чтобы мы знали, что до школы мы ребенка довели полностью. У нас есть основные принципы работы. Первый: в центре внимания находится не ребенок, но и вся семья — ведь поддержка наших специалистов (педагогов, психологов) нужна всем членам семьи. Второй: всю помощь семье мы оказываем бесплатно.

Про родителей, конечно, хотелось бы рассказать многое. Кто-то говорит, что мы сильно помогли, кто-то говорит, что особых, как им кажется, сдвигов у ребенка они и не увидели, но это то место, где они чувствуют, что их ребенок не особенный, что это вообще единственное место на свете, где их ребенок перестает быть особым ребенком, а становится всего лишь одним из детей. И это тоже важно. От очень многих я слышала одну и ту же фразу: «Именно здесь нас и начало отпускать окончательно».

Они используют слово «отпускать»?

«Отпускать», да. Ну, по-разному, кто-то — что «отпускать», кто-то — что стало легче, кто-то — что впервые ушли страхи. По-разному. Например, что это было первое место, где сказали, что ребенок не просто «ну ладно, вырастет, ничего», а что он замечательный. Ты приходишь, тебе специалист говорит: «Какой замечательный ребенок! Смотрите». Ты мама новорожденного ребенка, пришла, увидела детей трех, пяти лет, увидела родителей, поговорила с ними — и все оказывается не так страшно.

Было, кстати, время, когда наши родители ходили гулять с детьми поздно вечером, потому что днем в парк, на площадку прийти очень тяжело. Вечером — чтобы никого не встретить. Бывали неприятные случаи. Например, при виде нашей девочки на детской площадке мамочки срочно начали собирать игрушки из песочницы и оттаскивать своих детей, а наша девочка, маленькая, подходила к ним, говорила: «Вы забыли…» — и начинала помогать им все складывать. Они от нее, наоборот, как от чумы, бежали, а она же им еще и помогала.

Сейчас общество немножко начало узнавать, что нужно быть толерантными. Ездить стали — в Испанию приезжают и видят, что человек с синдромом Дауна может встретить тебя на ресепшне. В Москве есть детский ансамбль «Домисолька», в Кремле выступает. И он — первый профессиональный коллектив, [который] принял в свои ряды ребенка с синдромом Дауна — нашу девочку, Марину Маштакову, выпускницу «Даунсайд Ап». Просто подумали: а почему бы не попробовать? И она пошла, стала заниматься, причем без поблажек. Танцует со всеми, движения выполняет со всеми — абсолютно такой настоящий артист. А сейчас — спасибо «Домисольке» — такой неожиданный эксперимент оказался удачным для всех, и туда через прослушивания прошел уже третий ребенок. Так что, мне кажется, шаги есть, шаги будут, но все начнет меняться, когда наших детей будут видеть на улицах. Ведь откуда рождаются все мифы? От незнания. А увидеть, понять, сравнить не с чем. Вот приходят люди на наши мероприятия — и мифы все испаряются. Видят родителей: они не алкоголики, явно не наркоманы, молодые, большинство моложе 50-ти — это точно. Понимают, что общего-то гораздо больше, чем различий. И что у их детей гораздо больше общего с детишками, чем отличий. И это даже не толерантность — просто появляется понимание, что опасаться, оказывается, нечего. И нам действительно после каждого мероприятия пишут, звонят и говорят одни и те же вещи: «Спасибо, что открыли мне глаза. Я никогда больше никого не назову «дауном» и другим не позволю».

Беседовал Даниил Туровский


Источник: lenta.ru

Городская среда Петербурга доступна для инвалидов на 30%

31.07.2013

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, 23 июля. Городская среда Северной столицы является доступной для инвалидов на 30%, в то время как в среднем по России этот показатель составляет 16,8%. Об этом в ходе заседания правительства заявил председатель комитета по социальной политике Александр Ржаненков, представляя программу «Создание доступной среды жизнедеятельности для инвалидов в Санкт-Петербурге» на 2013-2015 годы, передает корреспондент «Росбалта».

Ржаненков отметил, что существующая система «доступная среда» дает возможность инвалидам ориентироваться в городе, знать, какие препятствия могут быть на их пути во время перемещения. При этом в доступность среды в Петербурге для инвалидов-колясочников составляет 35%, для инвалидов по слуху — 28%, по зрению — 15%. Однако чиновник упомянул, что пока есть проблемы по обеспечению доступности жилых домов, так как собственники помещений не всегда реагируют на нужды людей.

При этом чиновник заявил, что 41% общественного транспорта в Петербурге является низкопольным, то есть также доступным для инвалидов. «Это самый высокий показатель в России», — сообщил
Ржаненков, добавив, что в городском метрополитене также идет методичная работа по улучшению доступности, устанавливаются пандусы и подъемники, а на вокзалах и в аэропортах  организованы центры содействия мобильности.

From: rosbalt.ru


Дети в поисках препятствий

11.06.2013

Около 370 учащихся четвертых-пятых классов города Гроссето (Тоскана) на один день превратились в дорожных полицейских: вчера с самого утра в сопровождении своих старших «коллег» — настоящих представителей городской полиции они обходили центральные улицы и выписывали штрафы всем автомобилям, мотоциклам и велосипедам, которые своей неправильной парковкой затрудняли передвижение по городу пенсионеров, инвалидов и мам с колясками.

Эта акция с названием «BIRBA» (Дети в поисках препятствий) была направлена на привлечение внимания местных жителей к проблемам тех, для кого простое передвижение по городу вызывает трудности той или иной степени. Выполнению ответственной миссии дорожных полицейских предшествовал целый месяц подготовки, в течение которого дети изучали правила дорожного движения, знакомились с проблемами передвижения людей с ограниченными физическими возможностями и участвовали в конкурсе рисунков этой тематики.


Источник: italia-ru.livejournal.com

К 2016 году Москва будет на 100% приспособлена для инвалидов

11.09.2012

«Продолжается работа по приспособлению городской среды для инвалидов, — заявил глава столичного Департамента соцзащиты населения Владимир Петросян. — К концу 2012 года полностью или частично планируется приспособить до 74% объектов. А к 2016 году должна быть решена … задача … о полном приспособлении всех городских объектов».

Кроме того, по его словам, к этому времени будут полностью адаптированы для инвалидов учреждения образования, соцзащиты, культуры, физкультуры и спорта, а также 86% учреждений здравоохранения.

Глава департамента добавил, что за пять будет создано дополнительно 12,5 тысячи рабочих мест для инвалидов.

В настоящее время в Москве проживает 1,2 млн инвалидов. Среди них:

  • инвалиды c нарушением опорно-двигательного аппарата — свыше 22 тыс. (из них инвалиды-колясочники — 7,3 тыс.);
  • дети-инвалиды — более 28 тыс.;
  • слабовидящие и слепые — свыше 15 тыс.;
  • глухие и слабослышащие — 6,5 тыс.

При этом трудоустроены 75 тыс. инвалидов.

Ранее мэр Москвы Сергей Собянин заявлял, что в течение 2011 года будет приспособлено для доступа инвалидов около девяти тысяч зданий в Москве, прежде всего, социальных учреждений. Также, по словам мэра, в течение года будет закончена реконструкция 80% светофорного хозяйства в части приспособления светофоров для инвалидов. Мэр также поручил адаптировать для инвалидов московское метро, а все новые здания строить с учетом нужд инвалидов.

По данным различных СМИ


Невидимки среди нас

10.05.2012

 

В ответ на предложение создать целую коллекцию для колясочников и представить ее на международный конкурс Bezgraniz Couture, продвигающий тему моды для людей с ограниченной мобильностью, этот дизайнер смущенно говорит: «Ой нет, это такая тяжелая тема. А я легкий человек». «Я вместе с коляской вешу семьдесят кило!» — говорит Таня. «Танечка, ну ты же танцовщица, ты же красавица!..»

 

Дизайнера, опасающегося «тяжелой темы», можно понять: одно из главных возражений тех профессионалов, которым предлагается поработать над созданием моды для людей с особенностями строения тела, — «очень тяжелый имидж». Другие дизайнеры опасаются работы с «неформатными» моделями. Третьи высказывают прагматические соображения: «Кто это будет покупать?» В России, по некоторым данным, человек с инвалидностью есть в каждой четвертой семье. Но в исторически сложившемся постсоветском массовом сознании инвалид — это человек, запертый в четырех стенах, невидимка, немощный получатель какой-то там социальной помощи. Деловой костюм для колясочника, удобные беговые кроссовки для человека с протезом ноги, стильное платье, которое удобно застегивать одной рукой, — все эти вещи подразумевают существование мира, в котором колясочник может быть предпринимателем, а женщина без руки — светской дамой. Российские дизайнеры верят в существование такого мира с трудом.

 

Несмотря на это, из девяти финалистов второго международного конкурса «Bezgraniz Couture. International Fashion and Accesoire Award» четверо — россияне: томичанка Фируза Баянова, москвичи Елена Шипилова и Дмитрий Ключевский и Наталья Костина из Архангельска. Вместе с финалистами из Берлина, Эрцена, Сан-Паулу и Ольденбурга все четверо будут участвовать в конкурсных показах 11 мая. Показы ставит Валентин Сафин — режиссер Volvo Fashion Week. Сафин объясняет, что для него Bezgraniz — это не столько социальный проект, сколько возможность решать принципиально новые профессиональные задачи: скажем, организовать дефиле колясочников так, чтобы выгодно представить и жюри, и зрителям дизайнерские вещи.

 

«Профессиональные задачи» вообще оказываются ключевой темой в разговоре о моде для инвалидов: тема невольно обнажает проблему дизайнерского профессионализма как такового. Для того чтобы вещь легко застегивалась, хорошо сидела на нестандартной фигуре или хотя бы, как заметила танцовщица Таня, «не залазила в попу», она должна быть умело сконструированной, технологически выверенной, тщательно скроенной. Такие вещи требуют изобретательности: скажем, застежки на магнитах легко срабатывают, но могут топорщиться, а джинсы с молниями вдоль ног легко надеваются, но не всегда хорошо сидят. У таких сложностей есть плюс: с одной стороны, они закрывают путь в тему для дизайнеров, умеющих исключительно «сделать красиво», а с другой стороны — привлекают к работе над одеждой для инвалидов тех, кто видит в ней не только важную социальную задачу, но и творческий вызов, и экономический потенциал: на Западе тема такой одежды начинает звучать все сильнее.

 

Из того, что в этом году на конкурс Bezgraniz Couture поступило более восьмидесяти заявок из десяти стран, можно предположить, что рано или поздно удобное бальное платье появится не только у Тани К. Вопрос — будет ли оно сделано в России.

 

Читать статью полностью на vedomosti.ru

 


Трудоустройство инвалидов — что-то новое для России

27.01.2012

Трудоустройство инвалидов на открытом рынке труда экономически более эффективно и выгодно государству, чем создание специализированных предприятий, твердят эксперты. И государственные структуры разных уровней с ними даже не спорят, а соглашаются. Но стало ли людям с инвалидностью действительно легче найти работу?

В январе на улицах Москвы появились билборды с резюме людей с инвалидностью. Это телеканал «Дождь» продолжает программу по популяризации трудоустройства людей с ограниченными возможностями «Все разные. Все равные», начатую летом прошлого года. С августа телеканал запустил ролики, рассказывающие о людях с ограниченными возможностями, которые нашли себя в жизни и живут вполне счастливо.

«Я много общаюсь с людьми с инвалидностью и знакома с их проблемами не понаслышке. Одна из самых главных — трудоустройство, — рассказывает инициатор проекта, тележурналист Евгения Воскобойникова (уже шесть лет прикована к коляске после аварии). — Российский менталитет пока скорее воспринимает людей с инвалидностью как живущих на пособия и побирающихся в переходах, а не работающих и зарабатывающих своим умом и навыками. Мы хотим изменить это отношение. К тому же дать людям с инвалидностью площадку для размещения резюме».

Лучше не стало

«Для человека с 1-й группой лучше не становится. Немногие работодатели хотят брать на себя лишние обязательства», — считает Олег Голубов, разместивший резюме на сайте телеканала «Дождь», найти работу он не может давно.

«Пока легче с работой не становится», — соглашается Марина Галасюк, старший специалист в КБ «Ренессанс капитал». Устроиться в банк она смогла, выйдя в финал конкурса для студентов с инвалидностью «Путь к карьере», который с 2008 г. проводится Региональной общественной организацией инвалидов (РООИ) «Перспектива» при поддержке Совета бизнеса по вопросам инвалидности. «До этого мне удавалось найти только временную работу на дому. Большинство работодателей, наверное, и не подозревают, что у человека с ограниченными возможностями есть потребность в трудоустройстве», — грустно иронизирует Галасюк.

Она рассказывает, что бывали случаи, когда работодателю нравилось резюме, ее приглашали на собеседование, но, узнав о том, что она передвигается на коляске, отказывали. А когда однажды, не сказав по телефону о коляске (информация была в резюме), Галасюк приехала на интервью, но не смогла самостоятельно попасть в офис и сообщила об этом работодателю по телефону, к ней даже не вышли.

Воскобойникова говорит, что за последние 2-3 года ситуация меняется: компании более охотно готовы принимать на работу людей с инвалидностью, для многих это элемент социальной ответственности. Она приводит в пример компании «Трансаэро» и Nike. «Брать на работу человека с ограниченными возможностями — это не значит нести какие-то убытки, я по себе знаю, что человек будет держаться за работу, выкладываться не меньше других. Проблема скорее с доступностью, но и она решаема», — полна оптимизма Воскобойникова. По ее словам, сейчас компания, предоставляющая документы о трудоустройстве человека с инвалидностью, получает 50 000 руб. на оборудование рабочего места.

«Наш опыт показал, что в деле трудоустройства людей с инвалидностью одной информационной поддержки недостаточно, — считает Михаил Новиков, руководитель программ по трудоустройству людей с инвалидностью РООИ “Перспектива”. — Нужен серьезный процесс сопровождения такого человека на рынке труда. Консультирование работодателя, создание условий для вхождения в коллектив, куда устраивается человек».

Помогают понять

Весной прошлого года Минздравсоцразвития стало одним из инициаторов проведения круглого стола для работодателей на тему «Трудоустройство людей с инвалидностью», в котором приняли участие руководство «Перспективы» и представители бизнеса с опытом трудоустройства людей с инвалидностью. В 2011-м стартовала пятилетняя программа «Доступная среда», в которой, по словам Григория Лекарева, директора департамента по делам инвалидов Минздравсоцразвития, впервые отдельно прописана поддержка общественных организаций не только на создание специализированных рабочих мест и обеспечение их доступности, но и на трудоустройство инвалида на свободном рынке труда.

«Отношение со стороны госструктур действительно меняется, — продолжает Новиков. — В частности, Минздравсоцразвития с 2011 г. кроме финансирования создания новых рабочих мест для людей с инвалидностью начало поддерживать общественные организации, которые занимаются трудоустройством инвалидов на открытом рынке ».

«Перспектива» выполняет функцию посредника между бизнесом и нуждающимися в работе людьми с инвалидностью активнее и эффективнее многих госслужб занятости: в 2011 г. они трудоустроили на открытом рынке порядка 150 человек.

«Например, сегодня мы провели презентацию для ОАО “Уралсиб”. С нами уже не первый год активно сотрудничают Citibank, Clifford Chance, Coleman Services, DPD в России, Ernst & Young, КПМГ в России, Microsoft, Naim.ru, Nike, Sodexo, авиакомпания “Трансаэро”. Пусть не быстро, но число таких компаний увеличивается, — рассказывает Новиков. — Мы говорим о том, что бизнесу стоит это воспринимать не как благотворительность, а как новые возможности на рынке труда, как возможность приобрести новых квалифицированных и преданных сотрудников. И те, кто уже взял на работу сотрудников с инвалидностью и убедился в эффективности их работы, нашу позицию разделяют».

Медленно, но верно

«В компании “Найк” люди с инвалидностью могут участвовать в конкурсе на любую позицию, соответствующую их профессиональным навыкам и ожиданиям, на равных условиях со всеми», — рассказала Софья Чернова, менеджер по привлечению и развитию персонала «Найк». Ежегодно в их компании студенты с инвалидностью принимают участие в Центре оценки на летнюю стажировку. И бывают в числе победителей.

В компании DPD в данный момент работает четыре сотрудника с инвалидностью. Двое получили инвалидность в результате заболеваний, уже работая в компании. Еще двое были наняты через «Перспективу» на должности юрисконсульта и координатора в отдел по обслуживанию клиентов. А одна финалистка ежегодного конкурса для молодых людей с инвалидностью «Путь к карьере», которую компания была готова принять на работу, после месячной стажировки отказалась от предложения.

«Трудностей с адаптацией нанятых через “Перспективу” сотрудников в коллективе не было, но изначально в компании не было понимания, зачем брать на работу людей с инвалидностью, когда кругом полно здоровых кандидатов, — говорит Елена Арефьева, директор по персоналу DPD в России. — Мешал целый ряд стереотипов».

Но в DPD готовы были со стереотипами бороться. В холле центрального офиса компании организовали фотовыставку «Жизнь в полном цвете», рассказывающую о личной жизни, успехах и достижениях людей с инвалидностью. А «Перспектива» провела двухдневный тренинг для руководителей и сотрудников компании, посвященный различным аспектам (в том числе и законодательным) трудоустройства людей с инвалидностью. Сотрудники компании посетили кинофестиваль «Кино без барьеров», на котором демонстрировались фильмы, снятые людьми с инвалидностью и рассказывающие об инвалидах.

«Так шаг за шагом мы готовили сотрудников к тому, что рядом с ними будут работать люди, немного отличающиеся от них самих: не лучше и не хуже, просто такие же сотрудники компании, как и все остальные, -подчеркивает Арефьева. — На данный момент Дима и Таня (у обоих ДЦП) работают в компании около двух лет. И если спросить про их инвалидность у коллег, многие даже не поймут, о чем идет речь. Дима работает в чисто женском коллективе и пользуется большой популярностью у девушек! Татьяна в прошлом году была переведена с должности помощника юриста на должность юрисконсульта. Я помню, как вначале Таня приходила к нам на этаж (офис юридического департамента находится этажом ниже). Она ни на кого не смотрела, ни с кем не разговаривала, старалась побыстрее закончить дела и вернуться к себе “домой”. И как она расцвела через полгода — улыбчивая, разговорчивая, со всеми общается».

Сдвиги

«На мой взгляд, пока ничего нового не происходит, — пессимистичен Евгений Рапопорт, владелец проекта «Авоська» дарит надежду«, в котором работает несколько десятков людей с инвалидностью. — В Москве люди даже с 3-й группой не очень охотно идут работать, потому что не хотят терять большую московскую надбавку. И проблема инклюзии остается очень острой».

«Ситуация будет меняться, — убеждена Воскобойникова. — Когда один сидит дома на пособии в 8000 руб. и видит, что такой же колясочник каждый день ездит на работу, зарабатывает на порядок больше и морально удовлетворен, появляется мотивация изменить свою жизнь. Проблема не в том, что такие люди не хотят работать, они боятся, что их не поймут, не примут в коллективе, что им будет сложно добираться».

«Пока ситуация заметно изменилась только в Москве. Но через 2-3 года сдвиги произойдут и в регионах», — убеждена Воскобойникова.

Возможно, сдвинуть ситуацию на местах опять поможет «Перспектива». По словам Новикова, уже в 2012 г. при поддержке Минэкономразвития они начнут тиражировать свой опыт в регионах.

«Для нас одно из основных положений программы ответственного бизнеса нашей компании — забота о сотрудниках и равноправие отношений. В соответствии с квотой Мурманской области в нашем отеле работает четыре сотрудника-инвалида, — говорит Эйвинд Давланг, генеральный менеджер гостиницы “Park Inn by Radisson Полярные зори”, Мурманск. — Переводчик, помощник дежурной по этажу, старший дежурный менеджер и работник вспомогательной службы. Хочу отметить, что это очень приятные, ответственные и дружелюбные сотрудники, и, безусловно, важно, что они имеют возможность для профессиональной и социальной реабилитации».

Читайть статью полностью на vedomosti.ru


Желтые квадратики

15.07.2011

Многие люди в Москве даже не задумываются, что рядом с ними живёт 11 тысяч слабовидящих людей, — это по официальной статистике. А о том, что желтые плитки у переходов предназначены именно для этой категории инвалидов, и вовсе не подозревают.

Картинка ниже – для тех, кто читая эти строки, тоже удивлён.

За картинку спасибо блогеру bilet-na-vbixod